2026-01-30 14:09

Игорь Шпиленок: "Жизнь, наполненная смыслом"

Текст и фото: Игорь Шпиленок (кроме фото, подписанного отдельно)

В 2022-2023 годах в экспедиционном доме на колёсах я проехал через всю страну от заповедника к заповеднику и снимал, как выглядят заповедные земли с высоты птичьего полёта. Но заповедники и национальные парки – это не только природа, но и люди, которые ей служат. Поэтому я снимал людей, которые эти земли охраняют и изучают.

В конце февраля 2023 года я добрался до Оренбургского заповедника, до участка «Предуральская степь», где находится первый в нашей стране Центр реинтродукции лошадей Пржевальского. Сразу же после прибытия начался снежный буран, и мой дом на колёсах оказался заметенным по самые окна фургона. Бураны здесь дело серьёзное: перечитайте пушкинскую "Капитанскую дочку". Степной заповедный кордон - хорошее место, чтобы застрять надолго! Да хоть до конца зимы!

Вместе со мной на кордоне оказались замечательные люди: инспектор охраны заповедника Дмитрий Немальцев и руководитель Центра реинтродукции лошади Пржевальского Евгений Булгаков. Из качающего от штормового ветра тесного фургона Евгений переселил меня в свой научно-полевой стационар со всеми удобствами и даже баней внутри! Одна стена - полностью панорамное окно, и через него в буранных паузах видны пасущиеся в степи лошади Пржевальского и косули. И правда, при таком ветре на них хорошо смотреть через окно из теплого дома, в открытой степи меня хватало на пятнадцать минут, и руки уже не могли держать камеру.

А вот за пржеваликов беспокоится не надо. Этот вид «спроектирован» под суровый климат северных степей и пережил суровые эпохи похолоданий. Шерсть зимней шубы у них толщиной до пяти сантиметров. И она настолько густая и плотная, что не пропускает тепло тела наружу, не промокает от снега. Лошади легко переносят морозы в тридцать-сорок градусов (а в летнее время такую же жару). Кормов в зимней травянистой степи тоже хватает.

Животные тебенюют, то есть раскапывают снег передними копытами. Если снег выше пятидесяти сантиметров, то затраты живой энергии на добычу сухой травы становятся отрицательными. Но лошади – подвижные животные, и они переходят на малоснежные склоны холмов или на выдувы. На случай погодных катастроф заповедник ежегодно заготавливает немало сена.

Несмотря на непогоду, мы с Евгением следовали на снегоходах за табунами лошадей Пржевальского, чтобы выяснить все ли с ними в порядке. И, наблюдая за ним, я все время думал: будь у меня еще одна жизнь в запасе – вот она, работа мечты! Сразу видно, что человек на своем месте, что его не тяготит немалый груз ежедневной работы по управлению всем обширным хозяйством, начиная от пятидесяти с лишним километров изгородей, карантинных и акклиматизационных загонов до водопоев, кормов и биотехнических мероприятий. А еще наука и взаимодействие с научными учреждениями, СМИ, фотографы и блогеры, киносъемочные группы, волонтеры, экологические туристы, спонсоры и партнеры, международное сотрудничество. Но главное – мониторинг состояния популяции. Это каждый день надо несколько часов находиться среди пржеваликов, но сначала найти табуны на обширном пространстве, чтобы вовремя выявить всевозможные проблемы, оценить состояние здоровья, пастбищ и множество других факторов, влияющих на успех этого большого дела.

А успех феноменальный. По всем расчетам к 2030 году оренбургская популяция должна была достигнуть 100 особей. По факту это случилось в 2023 году. За этим достижением огромный труд команды и самого Евгения, внимание к жизни и здоровью каждого питомца. Вот пример, рассказ Евгения о судьбе кобылки Баси:

«Летом 2019 года в «Предуральской степи» между лошадиными гаремами произошла стычка. Все закружилось, завертелось, смешалось в кучу. А дерутся они очень серьезно. Лошадь Пржевальского — животное сильное, кряжистое, с крепкими короткими конечностями и мощными челюстями с четырьмя клыками. Пробивают копытами шкуру, бывает, что и ребра ломают и куски плоти зубами вырывают. Особенно гаремные жеребцы. У них цель — защитить своих кобыл или отобрать чужих. Да и кобылы тихим нравом не отличаются. И вот после такой стычки мама Баси ушла с одним гаремом, а пятинедельный жеребенок остался с другим. Мы это обнаружили, пытались ее вернуть, но мать жеребенка уже не приняла — вероятно, молоко перегорело. Перед нами встал острый вопрос: либо смерть малышки, либо мы ее забираем и пытаемся выходить силами человека, что нередко тоже может заканчиться смертью жеребенка. Мы первые и единственные в мире, кому удалось выкормить маленького жеребенка лошади Пржевальского. И не только выкормить, но и успешно ее потом социализировать в гарем жеребца Паприки».

И тут обязательно надо добавить свежую информацию: 13 июня 2025 года во время мониторинга большой группы лошадей, состоящей из нескольких гаремов, в первые же минуты наблюдения Евгений увидел её – маленькую кобылку, которая как приклеенная, шла рядом с Басей. Значит родилась она 12 июня, в День России. Лучший подарок своим спасателям!

Почти две недели провел я на заснеженном кордоне среди лошадей. Но погода наладилась, степные дороги были расчищены от снега, и я смог продолжить свое путешествие на восток. Уезжать было нелегко, хотелось остаться здесь надолго, стать частью замечательной команды, делающей большое дело с нескрываемым удовольствием, быть в самой гуще непрерывно чередующихся событий, и быть в тесном контакте с удивительными гривастыми созданиями, безошибочно узнавать в лицо (в морду?) каждую лошадь, знать её происхождение, симпатии и антипатии, особенности поведения и здоровья, и ежедневно дышать воздухом степи… Спасибо, Евгений, за замечательное время и прости за пафос: но вот она, правильная, наполненная природой, смыслом и служением жизнь…